Налоговая смехотерапия?

0
115

«Юридическая газета» регулярно публикует остроумные и иронично-философские заметки журнала «Русский мытарь», которые не только дарят хорошее настроение, но и заставляют задуматься о неизбежном – налогах. Мы побеседовали с создателем и автором этого проекта – старшим партнером юридической компании «Пепеляев Групп», доцентом кафедры финансового права юридического факультета МГУ им. М.В. Ломоносова, кандидатом юридических наук Иваном Владимировичем ХАМЕНУШКО.

—  Иван Владимирович, как Вы дошли до такой «мытарской жизни»?
—  Совершенно случайно. Однажды (дело было в далеком 2004 году) пришел ко мне управляющий партнер нашей компании Сергей Геннадьевич Пепеляев и попросил в апрельский выпуск журнала «Налоговед» (издание тогда только начало выходить) написать что-то в сатирическом ключе. За апрельским номером был майский, пришлось с «Русским мытарем» помаяться, и так далее. Вошло в привычку: раз в месяц шучу в письменной форме.
—  Вы знаете, что нередко Ивана Хаменушко воспринимают как некоего виртуального автора?
—  Действительно, бывает, спрашивают, с какой стати я подписываюсь под тем, что явно создает группа товарищей. На самом деле заметки пишут не 16 темнокожих афроамериканцев, в этом деле я сам и литературный негр, и надсмотрщик.
—  Темы, затронутые в выпусках «Русского мытаря» даже семилетней давности, зачастую актуальны и сегодня. То, что они не «стареют», Вас радует?
—  Как говорил Михаил Жванецкий, или наша жизнь станет лучше, или произведения будут бессмертными. Заметки ведь в целом нельзя отнести к категории «на злобу дня», поэтому они, наверное, и «нестареющие». Да и люди особо не изменились.
—  Сноска к заметкам: «Никакая информация <…> не является достоверной и не может быть использована в качестве рекламы, слуха или учебного пособия. Все случайные совпадения с реальными наименованиями, персонажами и фамилиями вымышлены» – это страховка от излишне доверчивого читателя?
—  Люблю смотреть, как меняется лицо человека, который берет в руки газетный выпуск «Русского мытаря», думая, что это очередное деловое издание. Нудное и нужное. И когда до него потихоньку начинает доходить, что весь кошмар, который он читает, в этот раз оказался шуткой. Согласитесь, такие приятные открытия в нашей жизни редкость.
Жаль, но с ситуациями, когда текст заметки принимался на веру, не сталкивался. Надо продолжать профессиональное совершенствование. Разве вот что: попробовали газетную версию «Русского мытаря» делать с фотографиями вместо рисунков. Добились замечательного эффекта: все решили, что это настоящая газета, никто не брал! А так сноска, конечно, шуточная. Но, как говорится, в каждой шутке есть доля шутки.
—  Какой из персонажей «Русского мытаря» (или сюжет) Ваш самый любимый? Может быть, какой-то доставил Вам много хлопот?
—  С большой симпатией и уважением отношусь к придуманному мной странствующему адвокату Макару Телятину. Однако самые любимые персонажи – это Винни-Пух и ослик ИА-ИА. Винни-Пух не тот, что у Милна, и не тот ИА-ИА. Они прикрываются этими невинными псевдонимами, чтобы завлечь доверчивого читателя в свой кошмарный мир.
Если говорить о сюжетах, то, как мне кажется, пошутить на грани фола удалось в заметке, где налоговые партизаны – борцы за налоговые поступления в бюджетную систему – пускали под откос поезда с нефтяными цистернами. Эта история мне приснилась, было грех не записать.
Больше всего, конечно, намаялся и потратил огромное количество труда на сюжет про барона Мюнхгаузена, где местом действия был городок Свинемюнде. Написал заметку, потом решил посмотреть на карте, где находится этот реальный город с забавным названием. Когда увидел, что он расположен на морской скале, понял, что там в принципе не может быть никаких охотников, о которых шла речь. Начал истреблять охотников как персонажей, полетел сюжет… Как говорил Стивенсон: «Я очень внимателен к деталям, потому что не хочу уподобиться уважаемому мною Вальтеру Скотту, который однажды заставил солнце взойти на западе».
После того как недели две посидел над этой заметкой, переписывая ее фактически с нуля, понял, что лучше оставаться адвокатом, чем идти в писатели.
—  Иван Владимирович, каким образом Вы, как старший партнер, выбираете дела, которые ведете лично?
—  Старшему партнеру неловко проигрывать, поэтому выбираешь заведомо выигрышные. Если серьезно, то берусь за сложные и важные для компании и практики дела, дабы использовать по максимуму счастливый промежуток времени между неопытностью и маразмом.
—  Чувство юмора и проявление харизмы уместны в суде? Как к сатире относятся служители Фемиды и Ваши процессуальные оппоненты – налоговые органы?
—  В суде, честно говоря, явно не до шуток. Хотя в разумных пределах в ходе судебного разбирательства, поскольку имеет место живое общение его участников, юмор допускается. Иной раз юрист и анекдот судье расскажет или процитирует кого-то из писателей-сатириков, чтобы разрядить обстановку. На это реагируют вполне адекватно. Трудно представить ситуацию, что адвокат отпускает какую-нибудь шуточку, а суд его удаляет и инспекция выигрывает дело. Но суд ни на секунду не должен превращаться в цирк. Здравый смысл должен подсказывать спорящим, где грань между красноречием и пошлостью.
—  Встречались ли в Вашей судебной практике курьезные ситуации?
—  Бывают случаи не курьезные, а прямо противоположные, когда выворачивают наизнанку ту или иную норму и черное называют белым. Подобные абсурдные ситуации доводят иногда просто до отчаяния, и другого желания, кроме как иронично показать парадоксальность хода мышления при таком выворачивании наизнанку, не вызывают. Подчас проще высмеять, чем объяснить. Ну а самые забавные истории придется по крайней мере ближайшие лет 30 держать при себе.
—  Иван Владимирович, теперь о Вашей преподавательской деятельности. Давно преподаете на кафедре финансового права юридического факультета МГУ им. М.В. Ломоносова?
—  Всегда рвался преподавать, очень хотелось с преподом поменяться местами. Вот уже практически 15 лет как дорвался. Читаю курс по финансовому праву, и по налогам в частности. Налоговое право – это челюсти акулы, финансовое право – вся акула целиком. Изучать челюсти без акулы – занятие пустое, студенты должны понимать назначение налогов, их связь с бюджетом, расходами государства. Акула здесь для красного словца. Студент должен осознавать, что государство устанавливает налоговые изъятия не просто так, не для наполнения некой абстрактной казны. А для совершения необходимых расходов, социальных в том числе.
—  Из заметки «Как преподавать налоговое право в вузах»: «Если нельзя сечь налогоплательщиков, то давайте хотя бы сечь студентов, изучающих налоговое право!.. Тем самым будет реализована такая функция налоговой санкции, как воздаяние». Этот лозунг возник из личного преподавательского опыта?
—  Упомянутая заметка – это пародия на совершенно конкретную статью. Автор которой, надеюсь, не обиделся. Там речь не шла ни о налогах, ни о сечении, все в порядке. Была полемика о том, должен ли государственный вуз готовить профессионалов с государственным мышлением или с каким-то другим. Интересно с каким. Хотелось как-то выразить доступными мне средствами точку зрения, что нет неустранимого противоречия между государственным мышлением и добросовестной работой в негосударственном секторе. Частник – не предатель Родины, а источник богатства казны.
Сечь студентов пока еще не доводилось. Правда, когда они на лекциях «засыпают» на дальних партах, люблю пошутить, что ношу учебники для того, чтобы кинуть в задремавших. Реагируют.
—  И юрист-практик, и университетский преподаватель, и сатирик… Когда Вы все успеваете? Поделитесь, пожалуйста, с нашими читателями секретом тайм-менеджмента.
—  Много-много лет назад в 8-м классе я выключил телевизор… И ни разу с тех пор не включал его. Зачем проживать чужое шоу, когда можешь делать свое? Появляется масса свободного времени, а у других его сразу становится гораздо меньше.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

*

code