Территория регресса: южноуральские ТОСЭР оказались заложниками оптимизации

0
39

Территория регресса: южноуральские ТОСЭР оказались заложниками оптимизации

Инвесторы не хотят заходить в южноуральские территории опережающего социально-экономического развития из-за разрушенной социальной инфраструктуры. Об этом сегодня заявил врио губернатора Челябинской области Алексей Текслер.

Как уже сообщал «Новый День», на сегодняшний день в регионе статус ТОСЭР получили 5 городов: Бакал, Верхний Уфалей, Озерск, Снежинск, Миасс. И на все 5 приходится в сумме 14 проектов, в которых занято не более 200 человек. При этом общая численность населения южноуральских ТОСЭР превышает 100 тысяч.

Предполагалось, что статус ТОСЭР придаст малым городам новый импульс развития: налоговые льготы привлекут предпринимателей, он начнут развивать свой бизнес, создадут новые рабочие места и оживят депрессивные территории.

Однако инвесторы не спешат даже в относительно благополучный Миасс, не говоря уж об откровенно умирающих Бакале и Верхнем Уфалее. В этих территориях нет не только опережающего, но и развития вообще.

«Мы недавно встречались с потенциальными инвесторами, которые говорят: «Мы не готовы приходить в Бакал, потому что у вас там нет больниц, все оптимизировано, развивать эту территорию невозможно без наличия социальной сферы. Вот вам и ответ на вопрос, почему не реализуются проекты в ТОСЭРах.

Это многозадачная история. С одной стороны, региональные власти должны более активно искать инвесторов. Раньше это делали муниципалитеты, но их возможности ограничены».

Однако региональные власти пока не спешат спасать умирающие города, даже когда возможности сами иду в руки.

«Я приехал на Иннопром (международная промышленная выставка, проводится в Екатеринбурге ежегодно с 2010 года и считается главной индустриальной, торговой и экспортной площадкой в России – прим. НД), мне показали программу: у нас ни одного мероприятия по развитию ТОСЭРОв не запланировано. На Иннопром приехал весь промышленный бомонд страны и мира, а у нас – ни одного мероприятия, – с возмущением рассказал врио губернатора. – Как мы собираемся продвигать наши ТОСЭры, их возможности и так далее, если никто о них не знает?»

Читайте также:  В Крыму чиновники живут богаче, чем в других регионах России

 

Алексей Текслер пообещал, что региональные власти займутся привлечением инвесторов, а также восстановлением социальной инфраструктуры всех пяти территорий, в первую очередь – здравоохранения.

«Без возвращения медицины в эти муниципалитеты не будет инвесторов, которые на долгие годы разрабатывают свои проекты и их развивают», – подчеркнул глава региона.

Он сообщил, что поручил заняться восстановлением медицины первому вице-губернатору Ирине Гехт. И это абсолютно верное решение, ведь именно г-жа Гехт в бытность вице-губернатором по социальным вопросам (с ноября 2012 года по сентябрь 2014) курировала оптимизацию южноуральской медицины.

Например, весной 2014 года она заявляла, что пациенты часто необоснованно долго задерживаются в стационаре и «в случаях, когда круглосуточное наблюдение уже не так необходимо, помощь может оказываться в амбулаторных условиях или в дневном стационаре». И отмечала, что практически во всех лечебных учреждениях области идет перевыполнение плана по койкам круглосуточного стационара при невыполнении по охвату больных дневным и домашним стационаром, а также амбулаторно-поликлинической помощью.

В результате в территориях для того, чтобы выполнить план по дневному стационару, на подобный вид лечения начали переводить даже больных пневмонией, заставляя людей, которым по сути прописан постельный режим, каждый день являться в больницу, рискуя получить дополнительные осложнения.

В том же Верхнем Уфалее больным с высокой температурой вообще приходилось ездить через весь город, так как стационар расположен в отдаленном районе. Потом в рамках все той же оптимизации на 30-тысячный Уфалей осталось лишь две бригады скорой помощи. И такая ситуация складывалась по всей области.

 

В целом, оптимизация медицины на Южном Урале проводилась столь рьяно, что практически разрушила отрасль. И кому, как ни Гехт, теперь все это восстанавливать.

Читайте также:  Скандал вокруг Гудковых: как коллекторы теневого бизнеса терроризируют Московскую область

Впрочем, данная затея на сегодняшний день представляется безнадежной: не понятно, за счет каких средств и специалистов собираются восстанавливать социальную инфраструктуру. Сегодня из бюджета региона и так более 70% средств направляются в соцсферу. Увеличить этот уровень, значит – остановить развитие других не менее важных секторов.

Практически все мало-мальские специалисты постарались уехать из депрессивных территорий туда, где есть работа для взрослых и перспектива развития для детей. На месте остаются лишь пожилые да люди с низким уровнем образования и квалификации. А с такими кадрами ничего восстановить невозможно, да и никакому инвестору они не нужны.

Получается замкнутый круг: без денег восстановить привлекательность территорий невозможно, а деньги там не появятся до тех пор, пока ТОСЭР не станут привлекательными.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

*

code